— Я вам расскажу, — предложил Аббасов, не обративший внимание на качку самолета, но Дронго сделал отрицательный жест рукой.

— Не нужно ничего рассказывать, — мрачно пробормотал Дронго, — лучше, если вы немного помолчите. Мне нужно отдохнуть.

Он отодвинул поднос с едой и закрыл глаза. Аббасов тревожно взглянул на Дронго.

— Вам плохо? — участливо спросил он.

— Да, — открыл глаза Дронго, — мне очень плохо. Если самолет будет трясти еще минут десять, я боюсь, что вместо вашей школы окажусь в реанимации.

Командир экипажа, словно услышавший недовольство пассажира, резко поднял авиалайнер, стремясь поскорее миновать зону турбулентности.

— Я потому и летаю самолетами «Люфтганзы», — вздохнул Дронго, — что они хотя бы пытаются что-то сделать для пассажиров.

Он снова закрыл глаза. Через несколько минут тряска прекратилась. Стюардесса убрала подносы с остатками еды. Дронго открыл глаза и обратился к Аббасову.

— Теперь можете рассказать о ваших женщинах. Про Кирсанову я уже слышал. Давайте про остальных.

— Ольга Рабиева, я уже говорил, что она была…

— Вашим комсоргом, это я помню. Кто с ней сидел за партой? Вы можете вспомнить, кто именно с ней сидел?

— Нет… Сейчас вспомню. Да, вспомнил. Рядом сидела Таня Гюльбекян. Она уехала в Армению. Да, именно Таня.

— Ольга была вместе со своей семьей в Таджикистане. Вы говорили мне, что они уехали из-за начавшейся гражданской войны. Чем занимался ее муж? Может, он сбежал не только из-за войны, но и опасаясь мести возможных обидчиков?

— Не знаю. Он занимался торговлей. Я не узнавал таких подробностей.

— А вторая? Лейла Алиева? С кем она сидела?

— Кажется, с Леней Альтманом. Да, в десятом классе они сидели рядом, за первой партой.

— Кто ее муж?

— Тоже врач. Хороший парень. Он приходил за женой. Они дружат с Альтманом.

— Кто она по специальности?

— Офтальмолог.

— А ее муж?

— Кажется, сексопатолог.